04.10

Добрый вечер, друзья.

Сестры Каган, Лиля и Эльза, будто разделили между собой два великих поэтических мира — русский и французский. Лиля стала музой Маяковского, а Эльза, не просто женой, но и музой, и литературным соратником Луи Арагона. Эта связь через сестер ощущается как мост между двумя авангардами, где личное переплетается с историей.

Когда Арагон встретил Эльзу в 1928 году, он уже был одним из основателей сюрреализма. Движения, которое хотело взорвать привычные границы разума и языка. Я читал, что в своей ранней работе «Волна грез» он искал то, что называл «конкретным иррациональным»: особую материю мысли, похожую на галлюцинацию, где слово и реальность сливаются воедино. И, как пишут, сюрреализм для него был не игрой воображения, а способом добраться до самой сути вещей.

Но встреча с Эльзой совпала с постепенным поворотом. В тридцатые Арагон уходит от сюрреалистического бунта к другому бунту. К коммунизму и социалистическому реализму. Этот путь, наверное, не был изменой юношеским идеалам. Скорее, продолжением того же поиска. Только теперь он искал реальность не в снах, а в истории, в борьбе, в любви к конкретному человеку. Эльза стала для него этой новой реальностью. Так появляется поворотный сборник «Глаза Эльзы» , где сюрреалистическая образность умеряется ясностью чувства, обращенного к живой женщине.

Лиля Брик и Эльза Триоле — две сестры, две музы, стоявшие за двумя поэтами, которые по-разному искали связь между искусством и жизнью. Маяковский кричал, Арагон молился. Но оба, каждый по-своему, искали в любимой женщине точку опоры в мире, который постоянно ускользал.

Вчера Луи Арагону, члену Гонкуровской академии и Французской коммунистической партии, другу Маяковского и Бретона, исполнилось 129 лет.