Доброе утро.
К дню рождения Гёте хочется думать не о монументе, а о движении. Ведь он не застыл в бронзе классика, а продолжает путь — беспокойный и парадоксальный. Его жизнь сама была произведением, сотканным из противоречий: юный автор «Вертера», поразившего Европу культом чувства, к зрелости становится министром, служащим порядку и разуму в Веймаре.
Но Гёте не выбирал между страстью и долгом, а пытался вместить их вместе, найти точку напряженного равновесия. Даже его бегство в Италию в тридцать семь лет — не каприз, а отчаянная попытка сбежать от себя прежнего, чтобы найти себя иного, прикоснуться к античному идеалу.
И принцип — не «или/или», а «и/и» — стал осью его мысли. Ученый, открывший межчелюстную кость и исследовавший свет и цвет, написавший первую «Теорию цвета» и заложивший основы цветопсихологии. Поэт, совмещавший классический строй с романтическим простором. Автор, творивший своего «Фауста» шестьдесят лет. Гёте видел мир как бесконечный процесс становления.
Его главный труд — не книга, а способ зрения. Увидеть в листе целое растение, в камне — историю земли, в мгновении — вечность. Его мир — это не набор ответов, а живой, дышащий вопрос, обращенный к будущему. И мне кажется, он учил не знать, а видеть связь и непрерывное превращение. И этот взгляд, полный изумления перед трепетом жизни — его главный дар нам.
Сверкающего дня, друзья.
…Я шел всю жизнь беспечно напролом
И удовлетворял свои желанья,
Что злило — оставлял я без вниманья.
Что умиляло — не тужил о том.
Я следовал желаньям, молодой,
Я исполнял их сгоряча, в порыве.
Тогда я жил с размахом, с широтой,
Ну, а теперь — скромней и бережливей.
Я этот свет достаточно постиг.
Глупец, кто сочинит потусторонний,
Уверует, что там его двойник,
И пустится за призраком в погоню.
Брось вечность утверждать за облаками!
Нам здешний мир так много говорит!
Что надо знать, то можно взять руками.
Так и живи, так к цели и шагай,
Не глядя вспять, спиною к приведеньям,
В движенье, находя свой ад и рай,
Не утоленный ни одним мгновеньем!
И удовлетворял свои желанья,
Что злило — оставлял я без вниманья.
Что умиляло — не тужил о том.
Я следовал желаньям, молодой,
Я исполнял их сгоряча, в порыве.
Тогда я жил с размахом, с широтой,
Ну, а теперь — скромней и бережливей.
Я этот свет достаточно постиг.
Глупец, кто сочинит потусторонний,
Уверует, что там его двойник,
И пустится за призраком в погоню.
Брось вечность утверждать за облаками!
Нам здешний мир так много говорит!
Что надо знать, то можно взять руками.
Так и живи, так к цели и шагай,
Не глядя вспять, спиною к приведеньям,
В движенье, находя свой ад и рай,
Не утоленный ни одним мгновеньем!
Иоганн Вольфганг фон Гёте
Слушать