24.06

Среди выходных затерялся день рождения еще одного, почитаемого мной автора.
21 июня исполнилось бы 63 года Виктору Робертовичу Цою. Вполне такой солидный возраст.
А ведь в молодости, я никогда не ощущал нашей разницы в возрасте. Если БГ был где-то на уровне неба, Юрий Шевчук представлялся вполне пожившим дяденькой, то Цой был явлением буквально из соседнего двора. Таким вот приятелем, с которым можно и портвейна выпить, и попеть. Хотя за простотой и бесхитростью аккордов и текстов, уже тогда скрывался второй слой потаенной глубины и искренности. В те годы Цой, наверное, был самым открытым. Ему так хотелось спеть, передать, рассказать, что он был чемпионом рок-клуба в по квартирникам в восьмидесятых. Это уже потом молва припишет меркантильность и расчетливость. Тогда я, просто за бутылку дешёвого сухого за рубль сорок, не раз и не два окунался в атмосферу его душевных и теплых концертов. Где приглашенной звезде (работающей кочегаром) можно было подпевать. Где дым стоял коромыслом, а перекуры между песен превращались в диспуты обо всём. Хотя…
Может, это просто отголоски того славного времени, когда всё было впереди, и почти ничего позади, кроме крыльев за спиной.
Предлагаю начать сегодняшнее утро не с самой весёлой, но, наверное, одной из самых любимых песен Цоя. Я её впервые услышал ещё в фильме Рашида Нугманова «Игла», на который сходил в восемьдесят восьмом раз пять. Фильм почти забылся. А песня живет. Такое у стихов свойство – жить самим по себе.

Солнечного дня, даже если на улице дождь. «И это не станет помехой прогулке Романтика…».