Добрый вечер, друзья.
Одним из самых издаваемых и экранизируемых произведений мировой литературы является «Остров сокровищ» Роберта Льюиса Стивенсона Одних только экранизаций более 20. Поэтому, как мне кажется, в соответствии с законом материализации мыслей, герои давно живут среди нас. А ежели живут, то вполне могут попасть в рубрику «Жизнь замечательных Людей в стихах замечательных Поэтов». Сегодня у нас прекрасная баллада Натальи Захарцевой «Офис сокровищ». Джимми Хокинс, встречайте.
И если мы кому принадлежим,
то только небу, ветру, глубине.
В том городе, где обитает Джим,
ни моря нет, ни адмиралов нет.
У Хокинса работа в двух шагах,
на ужин суши, в перерыве чай.
На полке в клетке старый попугай,
и он кричит "пиастры" по ночам.
У Джима дом и бывшая жена,
визитки, телефоны разных бонз.
Во сне ревёт прибой, шуршит волна,
во сне приходит пьяный Билли Бонс.
Ужасно пьян — пираты много пьют,
и рты обезображены цингой:
— ты, главное, не верь Слепому Пью,
и, главное, из дома не ногой.
Мальчишка Джим, они стоят стеной,
у чёрной метки вездесущий нрав.
Джим остаётся дома в выходной.
У Джима — холостяцкая нора:
шкаф из "Икеи", стол из "Леруа",
корпоративный бэйджик и бокал.
В саванне промышляет ягуар,
туземка обнимает моряка.
Джим в сумерках стоит, звонит жене
и пялится на город, весь в огнях:
— я Хокинс, понимаешь или нет?
Они опять уплыли без меня.
Жена вздыхает, мрак качает скилл,
мрак лезет через горную гряду:
— ты очень милый, Джимми, но дебил.
Ну хорошо, ну хочешь, я приду?
Приду и расскажу про Волопас,
и про Бетельгейзе, Вегу, Альтаир.
Джим карту достает в который раз,
её он с детства выучил до дыр —
на ней весёлый Роджер, мёртвый Флинт,
сокровища, у Ливси нервный тик.
И шея в ожидании петли
слегка немеет, господи прости.
Толкает воду корабельный винт,
прощай, земля, вали к чертям, земля.
Но утро — да ничем не удивит,
ведь утро разучилось удивлять.
Убейся, распечатай и заверь,
и вместо рома — смузи или сок.
Джим открывает офисную дверь.
Ботинок погружается в песок.
Свистать наверх, команда по местам,
держитесь курса, шторм не напророчь.
Какой отличный юнга, капитан, —
смеётся Сильвер, удаляясь прочь.
Джим задремал. Из капюшона сна
он слышит голос Трелони: проснись,
сегодня мы гуляем, всем вина,
зачем здесь сундуки — несите вниз.
Мы от удачи, мальчик, не бежим,
а коль бежим — то вопреки судьбе.
На берегу, где спал сегодня Джим,
он просто снился самому себе…
Наталья Захарцева