13.09

13.09
Добрый вечер, друзья.
Как измерить жизнь поэта? Годами? Томами стихов? Количеством гитарных струн, порванных под натиском его слов? В день рождения Александра Розенбаума хочется говорить не о цифрах, а о явлении. О феномене целого мира, рожденного в одном сердце.
Его творчество — это не просто песни. Это география души, нарисованная звуком. Одна карта — с узким переулками Одессы и блатными аккордами, пахнущими морем и свободой. Другая — с промозглыми петербургским дворами — колодцами, и улицами, пронизанными Балтийским ветром и надеждой. И третья — с бескрайними степями казачьего Дона, где слышен цокот копыт и звон шашки, выхватываемой из ножен.
Но главная карта — внутренняя. Она нарисована его главными инструментами: стетоскопом и гитарой. Врач, видевший жизнь без прикрас в шаткой кабине «Скорой», и Поэт, способный облачить эту боль в пронзительную, до мурашек, красоту. Его стихотворения — это не высокие материи, оторванные от земли. Это суровая, мужская нежность. Это понимание того, что жизнь состоит из случайных встреч, внезапных поворотов судьбы и тихого подвига обычных людей.
Розенбаум не поет — он говорит с нами. Голосом, в котором хрипотца пережитого и мудрость прожитого. Он наш современник, который прошел рядом с нами сквозь эпохи, пропуская через себя время и переводя его на язык своих песен, для которых даже не подобрать название стиля.
В его песнях нет ответов на все вопросы. В них есть что-то более ценное — ощущение, что ты не один. Что кто-то уже прошел этот путь, ощутил эту боль, сохранил эту любовь к городу и людям и оставил для нас эти ноты как карту координат, где можно отыскать и себя.
Сколько себя помню, его песни звучали рядом со мной. Дома, из отцовского магнитофона. В школе, когда, запершись в комитете комсомола, мы с моим другом Димкой распевали на два голоса «Утинную охоту». И позже, в разных местах нашего маленького земного шара.
С днем рождения, Мастер! Ваша лира — это и есть та самая вечная река, что течет сквозь время, а ваш Петербург — вечная гавань, где она берет начало. Здоровья вам и текучей воды. Чтобы музыка не умолкала.
А над Марата, как тогда, летают сизые голуби,
Снуют у белых колонн музея Арктики…
Я вспоминаю о годах, в которых было не холодно,
Когда мечты наши были завернуты в фантики.

Гитарой баловалась юность наша — время весёлое,
И узнают меня все на этой улице…
И с рынка тянет свежей зеленью и маслом подсолнуха,
Но чтоб увидеть тебя, надо зажмуриться.

Не хочу стареть, не хочу, но дело запахло внуками,
Приходи ко мне на чуть-чуть, как тогда переулками.
Не хочу стареть, не хочу, но дней всё короче радуга,
Приходи ко мне на чуть-чуть и оставайся надолго.

А по Марата, как тогда, летят трамваи пузатые,
На Колокольную спешат, в другою сторону,
От дома, где живёшь ты над рекой с водою чуть затхлою,
В пяти минутах ходьбы, но в другом конце города.

Роковой судьбы, роковой, счастье под старость выпало.
Для кого, скажи, для кого песни писал я хриплые.
Улетал мой шар, улетал в небо, как сам я, мглистое.
Красота моя, красота, дева моя пречистая…

А по Марата, как тогда, идут обычные граждане,
Им здесь кому-то тепло, кому-то холодно.
И здесь жила ты когда-то, не зная самого важного,
По петербургскому адресу мессира Воланда.

Под окном твоим ледоход, но опустела лестница,
На которой кот Бегемот жёлтым игрался месяцем.
И в ночи исчез тёмный плащ, слившийся с подворотнею.
Ты поплачь тайком, ты поплачь… Время бесповоротное.

Я по прошлому пролечу в чёрной карете с песнями.
Приходи ко мне на чуть-чуть, буду на старом месте я.
Я кота с собой прихвачу, чтобы он лёг к твоим ногам.
Приходи ко мне на чуть-чуть и оставайся навсегда.

***
Как умирают листья
Осенью в дождь холодный,
Ветер сорвёт и бросит
Красные горстья в грязь.

Первая вьюга свистнет,
Снег упадёт, негодный,
Вот и пропало лето.
Кружится листьев вязь.

Как умирают листья…
Девочка с белым бантом
В школу букет кленовый
В тонких руках несёт.

Горькой рябины кисти
Заволокло туманом.
Это ведь мама снова
В детство меня ведёт…

Месят грязь башмаки,
И я по аллеям иду.
Что с тобою, мой друг,
Почему тебя нет,
Приходи, подожду.

Мы помянем вдвоём
Наших листьев пору,
Постоим, помолчим
Над обрывками чьей-то тетради.

Как умирают листья,
Так умирают песни,
Не в одночасье, тихо
Мы забываем их.

На карусели сырость…
На мухоморе плесень…
Вот и пропало лето
В сумерках дождевых.

***
Пусть те, кто нас хоть чуть-чуть любил,
Возвращаются, ведь это случается.
То в дожде грибном, то в осенней мгле
Пусть повстречаются тихо, нечаянно.

Пусть нам их возвращает снег,
В руки падая песнью задумчивой.
В суете земной пусть нас радует
Наших любимых смех там, за тучами.

Пусть возвращаются, пусть возвращаются,
Хоть мы не стоим их порой —
Из нашей памяти по-глупому ушедших
И не вернувшихся домой.

Вернуть, как вас теперь вернуть,
Тех, кто любил меня и кто не жалел меня…
Но как долог путь, ах, как долог путь —
Надо прожить всю жизнь и ещё чуть-чуть.

Пусть те, кто нас хоть чуть-чуть любил,
Пусть лишь день один, коль больше не было,
Не помянут зла, ведь и с неба дым
К нам возвращается, даже с неба дым…

Александр Розенбаум
Слушать

Оставьте комментарий