Стихи в наш канал иногда прилетают из совершенно необычных мест. Толчком может быть что угодно: услышанная нота, случайно оброненное слово, прочитанная книга… Всё, что отзывается внутри. Всё, что вызывает желание поделиться.
Вот и сегодня. В моем любимом канале «Поребрик и парадная», посвященным домам, людям и событиям Петербурга, не так давно прозвучал большой рассказ о семье Нобелей. Пересказывать я его не буду. Хотя история очень захватывающая и интересная, ибо инженер — тоже необычайно творческая профессия, и поэма, созданная из трубопроводов, может приносить радость не только её создателю. Ну да дело не в этом…
В начале прошлого века Нобели построили в Петербурге небольшой район для своих рабочих. Дома были оборудованы всеми новомодными новинками того времени: горячей водой, паровым отоплением и даже электричеством. На территории были столовая, прачечная, приходская школа, клуб для рабочих. Такой вот элитный район получился. Понятно, что сейчас он пришел в упадок и запустение. Дома стоят заброшенные, изукрашенные графити различного качества. Но на одной из стен я прочитал стихотворение, которое побудило меня срочно отправиться на просторы интернета, в поисках автора. Им оказался французский поэт Люк Декон. Так и случается это волшебство — от Нобелей, через развалины во Францию.
Поэт родился в Марселе в 1913 году и провёл счастливое детство. Он был учителем, композитором, организатором фестивалей, радиоведущим, журналистом, драматургом, составителем антологий, прозаиком… В 1936 году основал литературный журнал. Воевал, был в плену. После войны много работал над антологиями поэзии, открывая имена забытых авторов начала двадцатого века.
На русском были изданы всего два стихотворения Люка Декона. Их я и представлю вашему вниманию.
Существование
О, твои невесомые руки!
Солнца свет, преломленный в воде,
Руки — снег, руки – небо в паденье,
Руки — бликов слепящих сплетенье,
Руки – день в пелене облаков,
Руки мягкие, мох для птенцов,
Руки – пламя без пепла и дыма,
Руки — струи, текущие мимо,
Руки — прихоть, свобода, каприз,
Оправданье мое и девиз,
Руки — Слезы в потоке весеннем,
Руки нежные, легким движеньем
Разорвавшие ночи петлю…
Я целую, люблю, существую,Существую, ибо люблю***
Все эти люди
Для кого-то прогулки бессонной
С темнотой наступает пора.
Люди грезят в кафе до утра,
Превращаясь в сомнамбул неона.
А другие выходят искать,
Заблудившись во тьме без отрадной,
Овдовевшую вновь Ариадну,
Чтоб ей больше, чем просит, отдать.
Кто-то мечется в смутной тревоге,
Ночь их душит гнетущей тоской —
Этим дарит недолгий покой
Черный свет фонарей у дороги.
Есть любители сценок ночных,
Постояльцы скамей деревянных,
Много нищих и бесталанных,
Нелюбимых, нелепых, смешных…
Каждый, тьмой прикрываясь, как маской,
Вышел с тайной надеждой во мрак.
Люди вроде бездомных собак:
Ждут, что утро им сделает знак
И утешит бесхитростной лаской.
