Последний день июня. Вот и треть лета теряется за спиной. Каким бы дождливым не был этот день, он все равно пахнет травой, спеющей земляникой и легкой грустью прощания. Воздух густой, насыщенный, будто сам месяц, уходя, замедлил шаг.
Ещё цветет серень и жасмин, но их аромат уже смешался с предчувствием июля. День бесконечный, но в его вечерних красках – чуть больше прощальной лазури. Белая Ночь ещё в своем праве, но и она становится серее. Кажется, сам июнь дышит глубже, оглядываясь на прожитые недели: на рассветные росы, на грозы, на эти бесконечные, светлые сумерки.
Он не спешит. Он дарит нам последние часы своей зеленой, щедрой молодости. Завтра – июль, знойный и звонкий. Но сегодня… сегодня еще июнь. Последний его вдох. Последний его теплый взгляд в наше окно.
Поймайте этот миг. Он так легко ускользает.
Палит мне грудь, и грезы, и рассудок.
Я изнемог и жажду незабудок,
Детей канав, что грезят под луной
Иным цветком, иною стороной.
Я их хочу: сирени запах жуток.
Он грудь пьянит несбыточной весной;
Я их хочу: их взор лазурный чуток,
И аромат целебен, как простор.
Как я люблю участливый их взор!
Стыдливые, как томны ваши чары…
Нарвите мне смеющийся букет,
В нем будет то, чего в сирени нет,
А ты, сирень, увянь в тоске нектара.
Игорь Северянин