Есть тишина, которая гулче грома. Она наступает после последней строки, после того, как метель слов, поднятая Поэтом, уляжется на страницу, превратившись в кристальный узор смыслов. Это тишина Пастернака.
Он писал не о жизни, а из самой ее гущи, из треска лютого мороза за окном, из шепота страниц, из трепета свечного пламени, бросающего на стену танцующие тени Вечности, Судьбы, Любви. Его стихи – не мертвые буквы на страницах, не монументы, а дыхание. Дыхание зимы, от которого звенит иней на стекле. Дыхание эпохи, опаляющее, но не сжигающее душу. Дыхание самой Земли, проступающее сквозь каждую строчку.
Он улавливал биение Времени в хрупком стекле мгновения. Колебания струны между Небом и Словом. Дрожание капли, готовой упасть с ветки и отразить в себе целое Небо.
«Гул затих. Я вышел на подмостки…».
Его герой – не триумфатор, а свидетель. Тот, кто «горит, не сгорая». Кто смотрит в лицо метели, чувствуя, как под снегом «земля чудится», живая и тайная. Его сила – в уязвимости, в готовности принять мир во всей его сложности, жестокости и ослепительной красоте, не притворяясь, что все просто.
Сегодня день памяти Бориса Леонидовича. Он ушел. Но его метель не утихла. Его строки, как снежинки, кружат над нами – холодные, чистые, преображающие. Они не греют. Они пробуждают. Пробуждают слух к музыке бытия, к той самой вечной музыке, что звучит в тишине после прочтения, в гуле преодоленного молчания. В этом – его бессмертие: не в камне, а в вечно живом дрожании струны между Сердцем и Миром.
Не это подымает ввысь.
Не надо заводить архива,
Над рукописями трястись.
Цель творчества — самоотдача,
А не шумиха, не успех.
Позорно, ничего не знача,
Быть притчей на устах у всех.
Но надо жить без самозванства,
Так жить, чтобы в конце концов
Привлечь к себе любовь пространства,
Услышать будущего зов.
И надо оставлять пробелы
В судьбе, а не среди бумаг,
Места и главы жизни целой
Отчеркивая на полях.
И окунаться в неизвестность,
И прятать в ней свои шаги,
Как прячется в тумане местность,
Когда в ней не видать ни зги.
Другие по живому следу
Пройдут твой путь за пядью пядь,
Но пораженья от победы
Ты сам не должен отличать.
И должен ни единой долькой
Не отступаться от лица,
Но быть живым, живым и только,
Живым и только до конца.
Борис Пастернак