Добрый вечер.
Арсений Тарковский. Я узнал о его стихах совсем случайно. Из «Зеркала» его сына. Помню, как шестнадцатилетним ходил на ретроспективу в несуществующий теперь ДК Первой пятилетки. Как завораживала тягучая картинка. Как звенел колокол в «Андрее Рублеве». И как звучали стихи, сплетаясь с картинкой в какую-то немыслимой красоты вязь…
Поэт прожил долгую жизнь. Печататься начал поздно, первый сборник вышел, когда ему было уже под пятьдесят. Слишком не вписывался ни в какие рамки, слишком отдельный. Ни советский, ни диссидент — просто человек, который смотрел в степь и слышал там голоса всех, кого любил и потерял.
Наверное, его поэзия — не награда за правильную жизнь. Я думаю, она была способом справиться с тем, с чем иначе не справишься: с чувством вины, с болью, с войной, с невозможностью обнять взрослого сына и сказать ему то, что не сказал вовремя. Он говорил это стихами. А сын взял их и сделал частью своего кино. Так они и встретились.
Тихого вечера, друзья.
25 Июня 1939 года
И страшно умереть, и жаль оставить
Всю шушеру пленительную эту,
Всю чепуху, столь милую поэту,
Которую не удалось прославить.
Я так любил домой прийти к рассвету,
И в полчаса все вещи переставить,
Еще любил я белый подоконник,
Цветок и воду, и стакан граненый,
И небосвод голубизны зеленой,
И то, что я — поэт и беззаконник.
А если был июнь и день рожденья
Боготворил я праздник суетливый,
Стихи друзей и женщин поздравленья,
Хрустальный смех и звон стекла счастливый,
И завиток волос неповторимый,
И этот поцелуй неотвратимый.
Расставлено все в доме по-другому,
Июнь пришел, я не томлюсь по дому,
В котором жизнь меня терпенью учит,
И кровь моя мутится в день рожденья,
И тайная меня тревога мучит,—
Что сделал я с высокою судьбою,
О боже мой, что сделал я с собою!
Арсений Тарковский