Добрый вечер.
Я вспомнил сегодня, как в детстве обжег палец о чайник. Шрама давно не видно, но я точно знаю, что он там есть. И если закрыть глаза, я снова чувствую тот алюминиевый серебристый край и короткий, звонкий испуг.
Это ведь и есть путь. Не километры, не галочки в списке «великих свершений», не чужие аплодисменты. А вот это: запах дождя в Казани, в день, который ты уже не вспомнишь, но телом помнишь до сих пор. Или та глупая ссора на скамейке в сквере на Литейном, после которой ты полчаса сидел один и смотрел, как ветер гоняет по асфальту прошлогодние листья.
Никто не придет и не скажет: «А ну-ка, отдай обратно тот вечер у моря, когда вода была холодной, а ты все равно лез». Не вынут из тебя ту самую смесь горечи и счастья, которая собралась где-то под ребрами. Можно потерять деньги, дом, работу, даже людей - они уходят. Но тот след, который оставила во мне жизнь…Он мой. Он въелся в кожу, осел в походке, прибавил морщин у глаз и седины в бороду.
Пройденный путь - это не рюкзак за спиной, который можно забыть. Это то, как ты теперь смотришь на мир. Как молчишь. Как улыбаешься. Это единственная по-настоящему моя собственность. И она в полной безопасности.
Мы идем дальше не потому, что нам есть что терять. А потому что у нас уже есть что нести. И это «что» - целиком и полностью наше. Навсегда.
Он под вечер садится
за письменный стол
И в окно угловое
глядит.
Там котельной трубы
возвышается ствол
И большая ворона
сидит.
Птица тоже как будто
косит на него,
Но не взглядом,
сводящим с ума:
Нет, не ворон Эдгара,
всего ничего,
Городская ворона,
кума.
Он бросает на
прошлое
мысленный взор,
Заурядное, в целом,
житье:
Неудачи, удачи...
Он смотрит в упор
На беду — и не видит
ее.
То и страшно, что в
фокусе вечно не то,
Что бедою не стыдно
назвать.
Отвлекаясь, подводные съемки
Кусто
Начинает герой
вспоминать.
Тот неверный,
невнятный,
расплывшийся мир,
Где поверхность
уже не видна,
Слух слабеет,
теряется ориентир,
Да и жизни другая
цена.
И пока его мысль подбирает слова,
Сквозь хандру
пробиваясь с трудом,
Цепенеют деревья,
спадает листва,
И вода
покрывается льдом.
Юрий Колкер