Поэты французского средневековья, в большой степени, для нас неизвестны. Где мы, а где Франция ХV века… Но одно имя, благодаря Булату Окуджаве, мы знаем буквально с детства. Его «Молитва Франсуа Вийона» многим открыла доселе совершенное неизвестное имя Первого французского лирика, на многие годы вперед заложившего основы поэзии на французском языке.
Судьба Франсуа Вийона — история сироты, который был усыновлен священником, получил высшее образование в Париже, имел литературные способности, пять лет скитался по стране и связался, в итоге, с преступным сообществом. В общем, это история о том, как хороший мальчик попал не в ту компанию, и притом этому мальчику невероятно везло: он несколько раз избежал смерти. Его не убили разбойники, в разборках внутри шайки. Он дважды был приговорен к смертной казни, но по случайным стечениям обстоятельств амнистирован. Где и когда Вийон умер — неизвестно точно. Где-то между 1463 и 1491, и точно не в Париже. И если известий о его последних годах жизни толком не сохранилось, мы имеем некоторые сохранившиеся его баллады.
Он совмещал в себе, казалось бы, несовместимые вещи: жизнь грабителя и интеллектуала, христианина и еретика. Но его прекрасные баллады, насыщенные описаниями быта и философскими размышлениями абсолютно гармоничны. Первые его баллады наполнены любовью к жизни, последние — объединены мыслью о бренности существования, о противоречиях души и тела. Часть его наследия, стихи написанные на фене средневековья – языке кокийяров, не до конца расшифрованы.
Поэта причисляют к тем, кто не только подводит литературный итог Средневековья, но и к зачинателям новой, ренессансной поэзии, к поэтам, уже стоящим на пороге эпохи Возрождения. И, как мне кажется, это достойная награда Поэту, который всегда шёл против течения.
Смеюсь сквозь слезы и тружусь играя,
Куда бы ни пошел, везде мой дом,
Чужбина мне — страна моя родная.
Мне из людей всего понятней тот,
Кто лебедицу вороном зовет.
Я сомневаюсь в явном, верю чуду.
Нагой, как червь, пышнее всех господ,
Я всеми принят, изгнан отовсюду.
Я скуп и расточителен во всем,
Я жду и ничего не ожидаю,
Я нищ, и я кичусь своим добром.
Трещит мороз — я вижу розы мая.
Долина слез мне радостнее рая.
Зажгут костер — и дрожь меня берет,
Мне сердце отогреет только лед.
Запомню шутку я и вдруг забуду,
И для меня презрение — почет,
Я всеми принят, изгнан отовсюду.
Не вижу я, кто бродит под окном,
Но звезды в небе ясно различаю.
Я ночью бодр и засыпаю днем.
Я по земле с опаскою ступаю,
Не вехам, а туману доверяю.
Глухой меня услышит и поймет.
И для меня полыни горше мед.
Но как понять, где правда, где причуда?
И сколько истин? Потерял им счет.
Я всеми принят, изгнан отовсюду.
Не знаю, что длиннее — час иль год,
Ручей иль море переходят вброд?
Из рая я уйду, в аду побуду.
Отчаянье мне веру придает.
Я всеми принят, изгнан отовсюду.
***
Я знаю, кто по-щегольски одет,
Я знаю, весел кто и кто не в духе,
Я знаю тьму кромешную и свет,
Я знаю — у монаха крест па брюхе,
Я знаю, как трезвонят завирухи,
Я знаю, врут они, в трубу трубя,
Я знаю, свахи кто, кто повитухи,
Я знаю все, но только не себя.
Я знаю летопись далеких лет,
Я знаю, сколько крох в сухой краюхе,
Я знаю, что у принца на обед,
Я знаю — богачи в тепле и в сухе,
Я знаю, что они бывают глухи,
Я знаю — нет им дела до тебя,
Я знаю все затрещины, все плюхи,
Я знаю все, но только не себя.
Я знаю, кто работает, кто нет,
Я знаю, как румянятся старухи,
Я знаю много всяческих примет,
Я знаю, как смеются потаскухи,
Я знаю — проведут тебя простухи,
Я знаю — пропадешь с такой, любя,
Я знаю — пропадают с голодухи,
Я знаю все, но только не себя.
Я знаю, как на мед садятся мухи,
Я знаю Смерть, что рыщет, все губя,
Я знаю книги, истину и слухи,
Я знаю все, но только не себя.
Я знаю мир — он стар и полон дряни
Я знаю птиц, летящих на манок,
Я знаю, как звенит экю в кармане,
И как звенит отточенный клинок.
Я знаю, как поют на эшафоте,
Я знаю, как целуют, не любя,
Я знаю тех, кто "за" и тех, кто "против",
Я знаю все, но только не себя.
Я знаю шлюх — они горды, как дамы,
Я знаю дам — они дешевле шлюх,
Я знаю то, о чем молчат годами,
Я знаю то, что произносят вслух.
Я знаю, как зерно клюют павлины,
И как вороны трупы теребят,
Я знаю жизнь — она не будет длинной,
Я знаю все, но только не себя.
Я знаю мир — его судить легко нам,
Ведь всем до совершенства далеко,
Я знаю, как молчат перед законом,
Я знаю, как порой молчит закон.
Я знаю, как за хвост ловить удачу,
Всех растолкав и каждому грубя,
Я знаю — только так, а не иначе.
Я знаю все, но только не себя.
Франсуа Вийон