Доброе утро, друзья.
Вчера мы говорили о поэте, которого все знали, который много печатался, но след, оставленный им — больше в уме и строчках отчетов. Но, увы, не в сердце.
Вчера же родился Поэт, след которого, оставленный в сердцах многих прекрасных Авторов Серебряного века, невозможно переоценить. С ним общались Лев Толстой, Илья Репин, Леонид Пастернак и Максим Горький. С ним переписывалась (так ни разу и не встретившись), Марина Цветаева. Она писала: «Вы – воплощенная поэзия. Уже само ваше имя – стихотворение. Вы – явление природы, которое ощущаешь всем существом, или пятая стихия: сама поэзия, то, из чего рождается поэзия…».
Имя этого прекрасного Поэта, одного из самых влиятельных модернистов XX века — Райнер Мария Рильке (1875-1926). Поэта австрийского и русского одновременно. Полюбившего Россию, выучившего русский язык и писавшего на нём стихи. Только представьте, как тонко надо чувствовать неродной язык, чтобы не просто говорить, а даже творить на нем. И хоть в его стихотворениях иногда чувствовался немецкий акцент, они были прекрасно ритмически и стилистически выверены. Я хочу вам представить чудесное утреннее стихотворение Райнера Рильке. Оно было написано сначала на русском, потом на немецком. Мы почитаем в переводе, но, поверьте, стихотворение на русском практически идентично.
Я думаю более обстоятельно поговорить о Поэте в выходные, а пока — «Утро».
А утром, помнишь, розы распускались?
(С тобой мы видели их раньше всех!)
А голубые дали близкими казались,
и просто невозможным: грех.
Как в день Творенья, мы вставали
из длани Божией, где спали,—
и время обращалось вспять.
Былиной всё былое стало.
Того, что было, стало мало,—
всё нужно снова начинать.
О будущем не беспокойся
и умирания не бойся,
ведь даже смерть есть лишь предлог.
Не жди ответа и совета!
Пусть будут ночи полны лета,
а дни — сияющего света.
И будем мы. И будет Бог.