Добрый вечер. Город, потягиваясь, выходит из зимней спячки. Вот уже подернулись легким пушком газоны. Вот и парки стали неуловимо зелеными. Просыпается, дышит Нева, освобожденная от ледяного корсета. При любом небе Залив, над которым я каждый день пролетаю, светится. Краски разные — от небесно-голубой до жемчужно-серой, но тёплые. И туман… Город на редкость туманен этой весной. Но грациозен, строен и свеж. Как все триста с лишним лет своей истории.
Лучше Аркадия Аверченко я вряд ли скажу:
«Я люблю Петербург за то, что он гранитный волшебник, люблю его гладь весенних закатных каналов, люблю розовые бриллианты огней Троицкого моста на серо-голубом апрельском небе, люблю торцы Невского и кухонные ароматы и гам, вылетающие из открытого окна трактира, люблю адовый июльский запах асфальта, кипящего в котле на тротуаре; всё мило в нем, в этом странном городе: даже серая октябрьская сетка многодневного дождя, даже безысходная слякоть, с палым древесным листом, прилипшим к скрипучей калоше, с порывами унылого ветра и скрежетом голой чёрной ветки у ограды сквера, что против Александринки».
Прекрасного вечера вам, друзья.
Опять творится непонятное:
Туман — бесшумнее совы —
Наплывами, волнами, пятнами
На берег движется с Невы,
И фонари немыми вехами
Торчат из тихой седины,
И все автобусы уехали,
И все мосты разведены,
И мчится Всадник с поручением
Ко мне — сквозь дымные столбы —
Вручая город на прочтение,
Как книгу тайны и судьбы.
Вадим Шефнер