Доброе утро.
Сегодня Всемирный день моря. Но оно не слышит наш праздник. Ему всё равно, что мы выделили для него клетку в календаре. Как впрочем, ему безразличны и другие наши клетки.
Я стою на берегу Залива. Он тоже часть Великого Океана. Ветер путает волосы, песок хрустит под ногами. Смотрю, как он дышит. Тяжело, мерно. Каждая волна выдох, который длится тысячи лет.
Мы привыкли думать, что море — это вода. Но мне кажется, мы не правы. Нет. Это время в жидком виде. Оно помнит первые корабли, затонувшие города, слёзы провожающих и крики чаек над солёной пеной. Оно не умеет забывать. Мы тонем в нём не потому, что плохо плаваем, а потому что пытаемся унести с собой свой страх. А море принимает всё. Наше горе, злость, пустые слова.
Забирает и отдаёт только тишину.
Сегодня принято говорить о его защите. О пластике, нефти, о том, как мы его раним. Но это не про него. Это про нас. Море всё равно будет. Оно переживёт наши города и наши войны. Оно просто ждёт, когда мы перестанем быть громкими и быстрыми. Когда сядем на мокрый камень и, глядя в бездну, поймём: мы не хозяева. Мы — гости. Недолгие. Шумные.
Я немного могу дать ему в праздник. Просто стоять и дышать в такт. И знать: пока оно есть, у нас есть берег. Пока есть берег, есть куда возвращаться.
Люблю метать на берег пенный вал,
Люблю ласкать, целуя пастью жадной,
Нагие груди сине-сизых скал.
Люблю, затеяв с бурей поединок,
Взносить до туч поверхность зыбких вод,
Бросать китов, как маленьких сардинок,
Смеясь, кренить озлобленный дреднот!
Я ― океан, соленый и холодный.
Зачем же ты, дрожа, ко мне приник,
Земной поток, спокойный, пресноводный,
Целуешь устьем мой огромный лик?
Привык ты литься по лесным полянам,
Поить людей, их отражать глаза…
Тебе ли слиться с древним океаном,
С тем, с кем дружат ― лишь ветер да гроза!
Ступай назад, к своим лугам зеленым,
Предайся грезам, в вечно-мирном сне,
Иль сдайся бурям, темным и соленым,
Растай, исчезни, потони во мне!
Валерий Брюсов