Доброе утро, друзья.
Тот, кто с юности верует в собственный ум,
Стал в погоне за истиной сух и угрюм.
Притязающий с детства на знание жизни,
Виноградом не став, превратился в изюм.
Омар Хайям
Недавно в метро я увидел юношу. Он стоял напротив дверей и, что редко бывает, взгляд его не был устремлен в телефон. Он просто смотрел на темный тоннель за стеклом, и в его зрачках мелькали оранжевые искры контактной сети.
В этом взгляде было просто тихое удивление. Как будто он впервые заметил, что мир движется.
Нам говорят, что молодость — это время перемен. Но, кажется, это время, когда ты еще не разучился замечать эти искры. Пока ты не привык к скорости, пока сердцебиение еще может обогнать стук колес.
В суете взросления мы забываем, что быть молодым — это не правильно вычесть цифры в паспорте. Это способность остановиться посреди шума и услышать, как тикает что-то важное внутри тебя. То самое тиканье, которое потом, через годы, станет ритмом стихов или биением пульса Земли.
Сегодня их день. Тех, кто еще не научился врать внутри себя. Кто ищет ответы не в конце учебника, а в рассветной песне птиц.
Им не надо громких речей. Просто посмотрите на них — на этих странных существ с горящими глазами. Они — напоминание о том, что жизнь — это не движение из пункта А в пункт Б. Это тот небесный колодец, в котором мы все летим, и только они еще помнят, что лететь — это красиво. Потому что детьми, совсем недавно летали.
С праздником, молодость. Оставайся вопросом. Ответы подождут.
О, нашей молодости споры,
о, эти взбалмошные сборы,
о, эти наши вечера!
О, наше комнатное пекло,
на чайных блюдцах горки пепла,
и сидра пузырьки, и пена,
и баклажанная икра!
Здесь разговоров нет окольных.
Здесь исполнитель арий сольных
и скульптор в кедах баскетбольных
кричат, махая колбасой.
Высокомерно и судебно
здесь разглагольствует студентка
с тяжелокованной косой.
Здесь песни под рояль поются,
и пол трещит, и блюдца бьются,
здесь безнаказанно смеются
над платьем голых королей.
Здесь столько мнений, столько прений
и о путях России прежней,
и о сегодняшней о ней.
Все дышит радостно и грозно.
И расходиться уже поздно.
Пусть это кажется игрой:
не зря мы в спорах этих сипнем,
не зря насмешками мы сыплем,
не зря стаканы с бледным сидром
стоят в соседстве с хлебом ситным
и баклажанною икрой!
Евгений Евтушенко