Доброе утро, друзья. Обычно об этом моменте говорят как о «любви с первого взгляда». Но мне кажется, это упрощение. Любовь здесь вообще ни при чем. Вернее, не только она.
Представьте себе церковь. Не гулкий готический собор из учебников, а просто прохладное полутемное место, где гаснет эхо шагов. Он входит - возможно, ища тишины от собственных мыслей. И там - Женщина. Не святая, не видение, а живая, со светлыми волосами и руками, сложенными на молитвеннике. В ту секунду с ним случается главное: он перестает быть просто человеком. Он становится Поэтом. Но языка для того, что он увидел, еще не существует.
И вся его дальнейшая жизнь - это не история любви, в том понимании, котором нас научили мелодрамы. Это история о том, как один мужчина тридцать лет пытался придумать слова для одного взгляда. Он строил сонеты, как архитектуру, играл с ее именем, в котором слышалось дуновение. А она жила своей жизнью. Старела, молилась, растила детей. Он же в это время в одиночестве создавал европейскую лирику, потому что оказалось: тоска длится дольше, чем любое возможное счастье.
В церкви в тот день произошел не роман. Произошел раскол: он выбрал не женщину, а вечность. Возможно, проиграл в жизни, но выиграл в ней триста шестьдесят шесть стихотворений. И всё это началось с простого взгляда через алтарь, в этот день, шестьсот девяносто девять лет назад. Взгляда, который оказался сильнее времени.
Благословен день, месяц, лето, час
И миг, когда мой взор те очи встретил!
Благословен тот край и дол тот светел,
Где пленником я стал прекрасных глаз!
Благословенна боль, что в первый раз
Я ощутил, когда и не приметил,
Как глубоко пронзен стрелой, что метил
Мне в сердце бог, тайком разящий нас!
Благословенны жалобы и стоны,
Какими оглашал я сон дубрав,
Будя отзвучья именем Мадонны!
Благословенны вы, что столько слав
Стяжали ей, певучие канцоны,-
Дум золотых о ней, единой сплав!
Франческо Петрарка