Добрый вечер.
«Стихи не могут пасти,
Судить и головы сечь,
Но душу могут спасти
И совесть могут сберечь»
Сегодня день рождения Владимира Корнилова.
Поэт не был обласкан официальным признанием в те времена, когда признание решало если не всё, то почти всё. Он знал и травлю, и замалчивание. Но в его стихах нет злобы, есть какое-то упрямое, почти морское достоинство. Как будто он смотрит на волну, которая только что сбила с ног, отряхивается и идёт дальше — не потому что герой, а потому что иначе не умеет.
Евгений Евтушенко посвятил ему, своему хорошему другу, такие слова: «Володя принадлежал к самым лучшим людям в истории литературы, которыми движут два чувства: стыд и любовь.
Стыд за всё отвратительное в мире, стыд иногда за очень хороших людей, которые не выдерживают различных заманчивых соблазнов, попадаются на них и сами не замечают, что становятся совершенно другими.
Я знал Володю давно, наверное, полвека, начиная со сталинского времени. И о чём бы мы ни говорили, поражала его обнажённая исповедальность.
Это тоже огромное мужество. Он так же это делал, как дышал, как писал стихи. У него не было границы между словом и делом, поступком и мышлением.
Он всегда был примером, для многих непостижимым, который не позволял многим стать хуже.»
Вряд ли я что-то добавлю.
На могиле Поэта высечены строки:
«Тому, кто любит стихи,
Они не дадут пропасть,
И даже скостят грехи –
Не все, так хотя бы часть.»
Любите стихи, друзья.
Достаётся, наверно, непросто
С болью горькой, острей, чем зубной,
Это высшее в мире геройство
Быть собой и остаться собой.
Устоять средь потока и ветра,
Не рыдать, что скисают друзья,
И не славить, где ругань запретна,
Не ругать там, где славить нельзя.
Потому в обыденщине душной,
Где слиняли и ангел и чёрт,
Я был счастлив и горд нашей дружбой,
Убежденьями вашими твёрд.
И хотелось мне больше покоя,
Больше славы в огромной стране,
Чтобы кто-нибудь тоже такое
Мог потом написать обо мне.
Владимир Корнилов