Я давно хотел поговорить о суфийской поэзии. Это целый пласт образной и глубокой стихотворной мысли, который оказал влияние не только на всю поэзию Востока, но и был источником вдохновения для многих поэтов на всех континентах Земли.
Лежащие на пересечении путей древнего мира, Центральная Азия и Ближний Восток, были настоящей алхимической лабораторией, в которой смешивались элементы азиатских и европейских учений, образуя странные и необычные соединения. Так и Суфизм вобрал в себя многое из мировых религиозных и философских течений.
«Суфизм представляет собой течение в исламе, адепты которого стремятся достичь довольства Всевышнего и познать Его сущность посредством особых духовных практик и ведением аскетического образа жизни» — сказала мне умная книга. Суфизм — это особый Путь к Богу, сказало мне сердце. Путь, полный лишений и невзгод, вместе с Учителем.
Что касается самого слова «суфий», то его расшифровка не имеет одной единственной трактовки. Мне нравится версия, которая строится на увязывании слова «суфий» с понятием чистоты, так как оно имеет общие корни с греческим термином «софия» – мудрость, чистый ум.
В каждом суфийском ордене (сообществе последователей одного из направлений) всегда жила традиция устной передачи сокровенного знания – в притчах, песнях, пословицах. Произведения суфийских авторов символичны, их смысл остается во многом закрытым для непосвященных читателей. За каждым понятием скрывается бездна смыслов. У суфиев поэзия — это лишь средство словесного выражения духовного опыта в наиболее впечатляющих образах.
Я, наверное, не буду останавливаться на расшифровке каждого образа подробно. Значения образов можно посмотреть здесь:https://aliflailavalaila.ru/blog/397821http://nimatullahi.sufism.ru/nashi-izdaniya/sufijskaya-simvolika/entsiklopediya-sufijskikh-simvolov.html«Этот мир — горы, а наши поступки — крики: эхо от нашего крика в горах всегда возвращается к нам.»Сегодня день рождения у Величайшего суфийского Поэта Аттара Джалал ад-Дина Руми (1207 -1273).
Отец его был мистиком-суфием, богословом, а заодно и придворным юристом. Молодой Джалал-ад-дин пошел по его стопам, получил великолепное образование и после смерти отца занял его место при дворе. Рассказывают, что Руми в путешествии с отецом встретился с одним из самых знаменитых поэтов-мистиков Аттаром.
Аттар разглядел в юноше будущее величие и, увидев отца с сыном, сказал «вот море, за которым идет океан». И ещё поэт заметил: «Не за горами время, когда сын твой возожжет огонь в сердцах, скорбящих о мире».
Руми был обеспечен и устроен, имел дом и семью, читал лекции в медресе, солидные и добропорядочные проповеди в соборной мечети, и как писал сам, не думал о другой жизни.
Но по-настоящему жизнь Руми изменилась после встречи с дервишем Шамсом-е-Табризи — из уважаемого юриста и учителя Руми стал странствующим аскетом.
Джалал-ад-Дин прожил 66 лет, и после его смерти последователи вместе с его сыном Султаном Валадом основали суфийский орден «Мехлеви», известный также как Орден Кружащихся Дервишей, ставший одним из самых популярных суфийских орденов и существующий до сих пор. Говорят, что Руми первый из суфиев закружился под ритмичный звон молоточков ремесленников-ювелиров, дав начало той практике, которую мы называем Суфийские Кружения.
Книги Руми читают и почитают во всем мире. Он, наверное, один из самых цитируемых суфийских поэтов.
Суфии считают, что единственный путь, связующий с Богом, – путь глубокой и искренней Любви, безграничной преданности и бескорыстного служения. Поэтому и Поэзия суфиев так же корнями проросла в Любовь, где Бог – Возлюбленный, Друг, Солнце…
Попробуем пройти немного по этому Пути вместе со стихами Великого Руми?
Радость — только в принятии.
Даже события, наполненные болью,
Становятся радостными,
Когда мы принимаем их с открытым сердцем;
Даже события, наполненные радостью,
Превращаются в болезненные,
Если мы не принимаем их.
Нет такой вещи, как плохой опыт…
Есть просто сопротивление тому, что есть.
***
Растворяющий сахар, ты меня раствори,
Моё время настало, сладок стал изнутри.
Сделай это помягче, своей твёрдой рукой
Или огненным взором. Mне пора на покой.
Я тебя ожидаю в предрассветной тоске.
Ты же рядом, я знаю, как слеза на щеке.
Раствори меня быстро, как на казни без мук.
Я молю об уходе, ты же знаешь, мой друг.
Опаляешь дыханьем, бестелесным огнём.
Ты уже где-то рядом, ночь становится днём.
Ты меня отвергаешь? Но ответом мне тишь …
Чем сильней отвергаешь, тем сильнее манишь.
спи дальше.
В непрерывном поиске этой реки мы спешим вдаль.
А ты, чьё сердце не тронуто этим восторгом,
спи дальше.
Но поскольку ты любишь выбирать и исключать —
Спи дальше.
сумрак любви – наш ужин,
А ты, жаждущий сладостей и страстно любящий еду,
спи дальше.
Ты, чей философский камень – одеяло и подушка, спи дальше.
Ты, желающий ясной головы и свежего ума, спи дальше.
А ты, всё ещё одетый, спи дальше.
О люди всех эпох и мест, что о себе скажу я вам?
Моя религия – не Крест, не Иудейство, не Ислам.
Я все стихии перерос, я вышел из-под власти звезд,
Юг, север, запад и восток – не для меня, не здесь мой Храм!
Твердь и вода, огонь и дух – к их мощным зовам слух мой глух,
Я тотчас всё, чего достиг, за новую ступень отдам!
Не страшен мне горящий ад, не жажду райских я наград,
Я узы крови развязал – и я не сын тебе, Адам!
Я – вне событий и имен, я превозмог закон времен,
Я в каждом встречном воплощен – и неподвластен я годам!
Во множестве провижу я Одно – Единство Бытия,
И слово Истины живой читаю я не по складам!
Я жажду в мире одного – Возлюбленного своего:
Лишь вечно видеть бы Его – и по Его идти следам!
Шамс! От любви и от вина всегда душа твоя пьяна:
Давай же славу воздадим сим, лучшим на земле, плодам!..