08.01

08.01
Добрый вечер, друзья.
Сегодня День рождения Ярослава Смелякова. Его голос в поэзии, как мне кажется, похож на треснувший колокол: чистый, мощный, но с неизбежной хрипотцой боли. Он прожил сжатую и насыщенную событиями жизнь. Его судьба — это смешение фанфар и боли, официального признания и тёмных будней лагерей.
Он умел говорить простым человеческим словом, которое становилось народным. Его стихи уходили в песни у костров: «Если я заболею — к врачам обращаться не стану…» в исполнении Высоцкого и Визбора, строчки про «Хорошую девочку Лиду» в кино, романсовая «Любка Фейгельман». Люди чувствовали в них не поэта-гражданина, а усталого, влюблённого, помнящего человека.
В этом его главная загадка. Как в одном человеке уживалась лагерная телогрейка с номером I-444 и Государственная премия? Как после всего пережитого он нёс в стихах не ненависть, а выстраданную нежность? Он был, пожалуй, одновременно самым советским и самым антисоветским поэтом. Его поэзия была мостом между официальностью той эпохи и сокровенным миром простых людей.
Сегодня кажется, что он где-то рядом. Слышен его хрипловатый голос. Он прошёл через тьму, но нёс в себе не пепел, а неугасимый уголёк тепла. И щедро делился им с нами — строка за строкой.
С днём рождения.
Свечение капель и пляска.
Открытое ночью окно.
Опять начинается сказка
на улице, возле кино.

Не та, что придумана где-то,
а та, что течёт надо мной,
сопутствует мраку и свету,
в пыли существует земной.

Есть милая тайна обмана,
журчащее есть волшебство
в струе городского фонтана,
в цветных превращеньях его.

Я, право, не знаю, откуда
свергаются тучи, гудя,
когда совершается чудо
шумящего в листьях дождя.

Как чаша содружества — брагой,
московская ночь до окна
наполнена тёмною влагой,
мерцанием капель полна.

Мне снова сегодня семнадцать.
По улицам детства бродя,
мне нравится петь и смеяться
под зыбкою кровлей дождя.

Я вновь осенён благодатью
и встречу сегодня впотьмах
принцессу в коротеньком платье
с короной дождя в волосах.

***
Если я заболею,
к врачам обращаться не стану,
Обращаюсь к друзьям
(не сочтите, что это в бреду):
постелите мне степь,
занавесьте мне окна туманом,
в изголовье поставьте
ночную звезду.

Я ходил напролом.
Я не слыл недотрогой.
Если ранят меня в справедливых боях,
забинтуйте мне голову
горной дорогой
и укройте меня
одеялом
в осенних цветах.

Порошков или капель — не надо.
Пусть в стакане сияют лучи.
Жаркий ветер пустынь, серебро водопада —
Вот чем стоит лечить.
От морей и от гор
так и веет веками,
как посмотришь, почувствуешь:
вечно живем.

Не облатками белыми
путь мой усеян, а облаками.
Не больничным от вас ухожу коридором,
а Млечным Путем.

Ярослав Смеляков
Слушать

Оставьте комментарий