Добрый вечер, друзья.
Посмотрел в Интернете. Там же всё есть. День 10 декабря 1960 года в Ленинграде тоже выдался аномально тёплым. Были оттепели, дожди, слякоть. То есть, когда двадцатилетний Иосиф Бродский писал свою «Элегию» — «Издержки духа — выкрики ума…», — за его окном на улице Пестеля было, скорее всего, так же сыро и серо, как сейчас.
Погода меняет перспективу. Мы часто представляем ту эпоху в чёрно-белых, морозных тонах. Но реальность была обыденнее: та же самая хмурая петербургская погода, которая не решается стать ни осенью, ни зимой. Та же влага в воздухе, те же голые деревья, тот же тусклый свет. Только лампочки горели желтее. Только трамваи на улицах звенели громче.
Получается, связь не метафорическая, а самая прямая — погодная. Тот же самый физический мир. Интересно, что в такую погоду особенно ясно чувствуется расхождение: мир за окном размыт и непоследователен, а работа мысли — наоборот, требует погружения, чёткости. «Выкрики ума» пытаются пробиться сквозь ватную, тёплую мглу.
Так что, читая сегодня «Элегию», мы оказываемся в удивительно точной точке совпадения. Те же градусы за окном. Та же длительность светового дня. Та же географическая широта. Остаётся только включить то самое внутреннее зрение, которое умеет из сырости и безвременья рождать ясный и требовательный голос.
Может, в этом и есть маленькое чудо —- знать, что строка рождалась в тех же самых, знакомых нам, условиях. И понимать, что погода — не помеха.
Давайте читать. «Этот день много лет назад». Ленинград. Улица Пестеля 27.
Издержки духа – выкрики ума
и логика, – вы равно хороши,
когда опять белесая зима
бредет в полях безмолвнее души.
и логика, – вы равно хороши,
когда опять белесая зима
бредет в полях безмолвнее души.
О чем тогда я думаю один,
зачем гляжу ей пристально вослед.
На этот раз декабрь предвосхитил
ее февральских оттепелей свет.
Какие предстоят нам холода.
Но, обогреты давностями, мы
не помним, как нисходят города
на тягостные выдохи зимы.
Безумные и злобные поля!
Безумна и безмерна тишина их.
То не покой, то темная земля
об облике ином напоминает.
Какой-то ужас в этой белизне.
И вижу я, что жизнь идет как вызов
бесславию, упавшему извне
на эту неосознанную близость.
Иосиф Бродский
10 декабря 1960 года
Слушать