Добрый вечер, друзья.
В ноябрьской осенней круговерти бывает, что все вокруг становится серым и тяжелым. Как мокрая одежда, которая тянет ко дну. В такие моменты кажется, что свет потух навсегда. Но именно тогда рождается самый важный вид надежды — не наивная и громкая, а тихая и упрямая.
Эта надежда не спорит с темнотой. Она ее не отрицает. Она просто знает, что у любого состояния есть конец. Усталость — это предвестие отдыха. Пустота — это возможность чем-то наполниться. А холод заставляет по-настоящему ценить тепло.
Ноябрь с его голыми деревьями и слякотью кажется концом. Но на самом деле это большая уборка. Природа избавляется от всего лишнего, чтобы сохранить силы для нового рывка. Она не умирает — она экономит энергию. Листья падают не потому, что им не хочется лететь, как птицы, а потому, что их время прошло. Они становятся частью земли, которая потом накормит новые побеги.
Когда небо низкое и серое, как крышка, мы учимся искать свет не сверху, а вокруг. В тепле чашки в руках, в огне свечи, в разговоре с тем, кто рядом. Свет оказывается не где-то далеко, а в простых вещах, которые мы перестаем замечать, когда нам легко.
А зима, которая приходит следом — это не смерть. Это пауза. Тишина. Она замораживает суету, дает всему устояться и отдохнуть. Под снегом земля не мертвая — она просто спит и копит силы. Иногда чтобы что-то по-настоящему началось, нужно сначала остановиться.
И кажется, что вера в свет — это не ожидание чуда. Это понимание простого и банального правила: за темнотой всегда следует рассвет. Всегда. Даже самая длинная ночь кончается. Главное — просто оставаться на своем месте и ждать, не гася в себе тот маленький огонек, который греет изнутри.
Ночь плюет на стекло
черным.
Лето прошло.
Черт с ним.
Сны из сукна.
Под суровой шинелью спит Северная страна.
Но где ты, весна?
Чем ты сейчас больна?
черным.
Лето прошло.
Черт с ним.
Сны из сукна.
Под суровой шинелью спит Северная страна.
Но где ты, весна?
Чем ты сейчас больна?
Осень. Ягоды губ
с ядом.
Осень. Твой похотливый труп
рядом.
Все мои песни июня и августа
Осенью сожжены.
Она так ревнива в роли моей жены.
Мокрый табак. Кашель.
Небо как эмалированный бак
с манной кашей.
И по утрам прям надо мной
Капает ржавый гной.
Видно, Господь тоже шалил весной.
Время бросать гнезда.
Время менять звезды.
Но листья, мечтая лететь рядом с птицами,
Падают только вниз.
В каждом дворе осень дает стриптиз.
Кони мечтают о быстрых санях.
Надоела телега.
Поле — о чистых, простых простынях снега.
Кто смажет нам раны
И перебинтует нас?
Кто нам наложит швы?
Я знаю — зима в роли моей вдовы.
Александр Башлачев
Слушать