Добрый вечер, друзья.
Сегодня у нас День окончания дачного сезона. Праздник, конечно, необычный, но, как мне кажется, для многих символичный.
Я помню, как в детстве последняя поездка на дачу означала конец лета. Полный и бесповоротный. Закрывалась дверь, и за ней, казалось, оставалась не тишина, а целая летняя вселенная прожитых дней.
Засохшие георгины в палисаднике были памятником августовскому солнцу. Мёрзлые тёмные яблоки на земле — благодарностью июньским дождям. Колченогий стул на веранде был не брошенной вещью, а хранителем тысячи наших разговоров и игр.
Мы увозили в город не только рюкзак с вареньем. Мы увозили сгущённое летнее время. Ту самую радость от рыбалки, грибов, лесного простора и дачной свободы, позволяющей существовать сразу во всех измерениях.
Дача засыпала. Но её сон был обещанием. Обещанием, что под снегом дремлют семена будущих открытий, а в пустых комнатах уже живёт эхо наших будущих встреч.
Мы закрывали сезон, чтобы в июне открыть себя — немного другими. С радостью дачи в душе и предвкушением нового начала на губах.
Мы закрывали сезон, чтобы в июне открыть себя — немного другими. С радостью дачи в душе и предвкушением нового начала на губах.
Увы, ущелие пустое!
Давно ли в сетке гамака
желтело платьице простое,
как птица в глубине силка?
Давно ли в сетке гамака
желтело платьице простое,
как птица в глубине силка?
Давно ли женщина глядела
глазами чуть наискосок?
Кто улетел? Что улетело
и след впечатало в песок?
Давно ль смородиной зеленой
играли пальчики любви
и на веранде застекленной
шел спор меж милыми людьми?
Но кто ж возник здесь? Что возникло?
Кто плакал и не вытер слез?
Какой бесчинствовал возница?
Куда увез? Зачем увез?
Под сенью бедного ореха
чего я жду? Кого я жду?
Какого голоса и смеха?
Какого шепота в саду?
Так утром, при погоде славной,
я шел меж опустевших дач,
овеянный печалью сладкой
и предвкушеньем неудач.
Белла Ахмадулина