17.04

Доброе утро.
 
Сегодня Международный день кофе. Впрочем, по моим наблюдениям из странствий: любое утро, в любой стране – утро кофе. В солнечной Италии – это маленькая чашка с капелькой ристретто на донышке. В влажной Индонезии – состоящий из сплошной гущи кофе с потушенной внутри лучиной. На морском побережье курортной Турции – пахнущий кардамоном и гвоздикой кофе из турки. Международное утро кофе каждый день…
Но лучше Макса Фрая, я думаю, мне не сказать:
«Настоящая любовь – это кофе, который варишь дома с утра. Свежемолотый, желательно вручную. С корицей, мускатным орехом и кардамоном. Кофе, рядом с которым надо стоять, чтобы не убежал, иначе безнадежно испортится вкус. Надо проследить, чтобы он поднялся три раза, потом налить ложку холодной воды в джезву, подождать пару минут, чтобы осела гуща. Кофе, который наливаешь в старую любимую чашку и пьешь, чувствуя каждый глоток, каждый день. Наслаждаясь каждым глотком.
Эспрессо – это жизнь. Горчит, но бодрит.
Капучино – это влюбленность. Сначала терпко, потом сладко и легко, а на поверку – все та же жизнь. Но моменты, когда сладко и терпко, самые лучшие. Кстати, всегда можно просто съесть пенку и не пить, но это мало кому приходит в голову. Видимо, дело всё-таки в сочетании.
Латте… латте – это мечты, эспрессо, разбавленный молоком надежды, и пенка, помните, да? Та самая пенка, которая бывает в капучино. Но нет корицы, нет той терпкости, которая позволяет прочувствовать момент.
Ещё есть мокко – кофе с горячим шоколадом. Мокко– это меланхолия. Густая и тягучая. Но даже в мокко есть молоко. И сладость, та, которую не найдешь в эспрессо, например.
И ристретто. Ристретто – это смерть. Это когда вся жизнь – одним глотком. Выпиваешь, просишь счет и уходишь. Обычно так.»
 
Бодрого дня, друзья.